UNIM – стартап ФРИИ

Алексей Ремез, пользуясь незнанием пациентов о том, что услуга бесплатна и они могут ее получить без посредничества уважаемого Ремеза, продает населению свою "помощь".



В сентябре 2015 года Ремез и UNIM подали в суд на автора этого сайта. Несколько судов, включая Арбитражный суд города Москвы 12.09.2017 отказались закрывать сайт. Материалы суда по ссылке →

Алексей Ремез и его команда на госсредства (!) организовали замечательную контору по получению денег от онкологических (!!) больных и их родственников. ФРИИ (государственный Фонд развития интернет-инициатив) выдал Ремезу больше 15 млн рублей и устроил выступление перед руководством страны.

Как их схема выглядит из уст самого Ремеза:

1. Всем, у кого врач подозревает онкологическое заболевание, нужно брать биопсию (вырезать кусок ткани или делать пункцию) и отправлять на морфологическое исследование для уточнения диагноза.

2. Глупые врачи не знают, когда отправлять, а когда нет. Глупые врачи могут сразу отправить на химиотерапию/операцию и убить человека.

3. UNIM честный и весь в белом заменяет собой научные общества и конгрессы, посвященные той самой морфологической диагностике. Впервые образовывает врачей в России.

4. Глупые врачи, которым отправили, не знают, что с этим куском ткани делать. Бегают, мечутся по углам. Потом звонят в отчаянии Ремезу.

5. Лучше всего диагностику делают в Детском центре Рогачева. На крайний случай Морозовская детская больница. Сотрудники РОНЦ им. Блохина и др. кусают локти, что их не взяли в центр Рогачева.

5. Всего за 11 тысяч рублей добрый Ремез заберет у вас стекло со срезом ткани или пункцией, довезет до Центра Рогачева и оттуда пришлет вам несомненно верный диагноз.

6. Если в вашем городе нет лаборатории, то сервис Ремеза это вообще ваша последняя возможность выжить. От 11000 руб. с НДС.

Что я могу сказать. Ремез банально врет и наживается на плохой информированности пациентов и их страхе перед смертью от рака. Люди в таком состоянии несомненно готовы заплатить.

Вот как обстоят дела на самом деле (дальше будет много умных слов и сложных терминов, наберитесь терпения):

В России и правда не все врачи умны, как доктор Хауз. Но у нас очень жесткие стандарты диагностики (например, см. Приказ Минздрава РФ от 20 декабря 2012 г. № 1277н Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при злокачественных новообразованиях полости рта). И врач не сам решает, стоит ли ему сделать биопсию или отправить пациентку сразу под нож. Он следует стандарту (или идет за решетку, и он это знает).

У каждого районного хирурга или онколога в каждом уголке нашей страны есть четкое понимание и, более того, отпечатанное в типографии направление на гистологическое или цитологическое исследование, которое отправляется строго в тот диагностический центр/диспансер/больницу/НИИ, к которому прикреплена данная поликлиника или диспансер. Проблемы глупых врачей, за которыми подчищает косяки умный Ремез, просто нет.

Морфологическая верификация требуется всегда. Но не всегда до лечения. Например, у пациентов с локализованными формами и ранними стадиями рака морфологию делают во время и после операции (см. рекомендации AUA). В случае ранних стадий и операбельных опухолей могут начать с операции, во время которой будет выполнена срочная биопсия в течение 20 минут (рак/не рак) с последующей детализацией в течение 5-7 рабочих дней.

Ремез это знает, но ему выгоднее, чтобы при любом подозрении на онкологию пациент бежал к нему. Поэтому девиз UNIM: "каждому из этих пациентов необходимо морфологическое подтверждение диагноза для того, чтобы его дальше лечить."

Центр детской онкогематологии им. Дмитрия Рогачева – это центр детской и подростковой онкологической и гематологической патологии. Детские солидные опухоли по нозологиям отличаются от взрослых. По той простой причине, что детские солидные опухоли встречаются у детей и только в исключительных случаях у некоторых взрослых (например, офтальмобластома, саркома Юинга и т.д.).

Солидные опухоли, которые встречаются у взрослых (рак легкого, рак печени, колоректальный рак, рак молочной железы, опухоли головы и шеи, рак предстательной железы, рак мочевого пузыря, яичников, шейки матки и т.д.), не встречаются у детей (см. ASCO и ESMO). Таким образом, не понятно, как патоморфологи центра им. Рогачева приобрели огромный диагностический опыт в области солидных новообразований взрослых. Конечно, они проходили когда-то обучение и сдавали экзамены. Но ежедневная практика - отсутствует.

То же самое можно сказать про Морозовскую детскую городскую клиническую больницу, чью лабораторию дополнительно использует UNIM.

На самом деле, в России много хорошо оснащенных федеральных центров. И там тоже есть хорошие врачи. И да, диагнозы их могут не совпадать. Потому что патоморфолог может ошибиться при просмотре стекол. Поэтому даже в России (шок для Ремеза) делается иммуногистохимическое исследование (ИГХ) - в этом случае вероятность ошибки меньше, т.к. метод позволяет специфично выделить те или иные опухолевые клетки и уже в меньшей степени зависит от "глаза" патоморфолога.

А в последние лет 5 все сводится к молекулярной диагностике (наличие специфических рецепторов в опухоли или мутация этих рецепторов) - здесь роль "глаза" еще меньше, так как эта диагностика подразумевает выполнение ПЦР и секвинирования - лабораторные тесты, которые выполняются на лабораторных аппаратах.

И самое важное. Если по стандарту нужна биопсия и анализы, то это делается быстро и бесплатно, ГДЕ БЫ ВЫ НЕ ЖИЛИ в России В ТЕЧЕНИЕ ДЕСЯТИ ДНЕЙ по стандарту, а не в течение месяца! (В каждом регионе для этого есть свои нормативные акты, например, в Москве Постановление Правительства Москвы от 23 декабря 2014 г. N 811-ПП).

Да-да, не нужно платить Ремезу. Тот же самый центр Рогачева сделает вам всё бесплатно за 10 дней (см. Приложение 4 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «Патологическая анатомия»), ваша районная поликлиника бесплатно вас направит в онкодиспансер, там бесплатно сделают биопсию и бесплатно направят в ближайшую лабораторию: в этом же городе или в федеральный центр.

Стоит добавить, что большинство фармкомпаний, специализирующихся на онкологии, тратят десятки миллионов долларов на пациентов в таких центрах. У них, правда, циничная цель – получить верный диагноз и продать свои препараты. Зато бесплатная диагностика. Кроме того, есть Российское общество клинической онкологии (бывшее Российское общество онкологов-химиотерапевтов), которое делает бесплатную молекулярную диагностику (что это такое – см. выше).


Вместо того, чтобы за госденьги получить анализы из центра, пациенты тратят 11 тысяч (это 2/3 средней зарплаты в России, если что) и отправляют анализы через стартап, поддержанный государством, в тот же самый центр. Браво. Более подлый способ отобрать половину месячного бюджета семьи у перепуганного пациента со смертельным диагнозом и при этом дважды залезть в карман государству еще нужно поискать.



Инвестиции ФРИИ в UNIM напоминают вот что. Допустим, в школах не хватает парт. Вместо того, чтобы спонсировать закупку парт, государство дает деньги в фонд, который дает деньги стартапу, который рассылает по школам письма... с расценками на новые парты.

При написании этой статьи я консультировался с четырьмя врачами (у одного из них ученая степень), специализирующимися на диагностике и онкологических заболеваниях. Эти врачи посещают европейские и американские конгрессы. Они пожелали остаться анонимными.



insies@gmail.com